Достигнутая в сентябре 1101 г. договоренность, по всей вероятности, не принесла стабильного положения на русско-половецкой границе. Этот вывод можно сделать из аргументации Владимира Мономаха необходимости похода на половцев в 1103 г. В частности, переяславский князь отмечает ежегодную угрозу весенних набегов половцев на сельскую округу княжеств: «оже начтень смердъ орати, и Половчинъ приеха вдарить смерда стрелою, а кобылу его поиметь, а в село его въехавъ поиметь жену его и дети, и все именье его возметь…»1. Именно потому Святополк Изяславич и Владимир Всеволодович решили предпринять поход в глубь половецких владений. Коалиция русских князей, состоящая из дружин Святополка Изяславича Киевского2, Владимира Всеволодовича Мономаха, Давыда Святославича3, Давыда Всеславича4, Мстислава Всеволодовича (Игорев внук)5, Вячеслава Ярополчича6, Ярополка Владимировича7, выдвинулась в степь. Дойдя на лошадях и рекою до порогов в районе Хортицы, русские дружины направились в глубь степи и совершили четырехдневный марш до р. Сутени (ныне река Молочная, впадающая в Азовское море). Здесь четвертого апреля в бою с основными силами противника русские войска разгромили половецкие войска. Князья Алтунопа, Урусоба, Кчий, Арсланапуки, Китанопа, Куманом (Кунуй, Кунам), Асуп, Куртык, Ченегреп, Сурьбарь погибли в сражении8. Всего, по словам летописца, погибло двадцать половецких князей: имен десятерых половецких вождей в летописи не названо. Князь Белдюз был пленен и затем казнен. Таким образом, русские войска разорили вежи левобережных приднепровских половцев, взяли богатые трофеи. Погибшие князья, по всей вероятности, состояли в союзе с Боняком, кочевавшим в Побужье. Во всяком случае, князь Алтунопа совместно с ним участвует в усобице русских князей в 1097 г.
Южнорусская граница на какое-то время стала безопасной от половецких набегов. Однако зимой 1105–1106 гг. Боняк разоряет земли вокруг Заруба, громит отряды торков и берендеев9. А летом 1106 г. половцы грабят земли у Зеречска. Русские войска во главе с воеводами Святополка Изяславича Яном, Иванком Захарьичем и Козариным нагнали половцев у Дуная и отбили полон. Погоня четко показывает регион, из которого был произведен набег, – правобережье Днепра. Причем русские войска входят глубоко в половецкие владения и достаточно уверенно себя там ведут.
В мае 1107 г. Боняку удается прорваться к Переяславлю, разорить земли вокруг него, увести табуны лошадей. Однако ясно видно, что набеги половецкого князя и подчиненных ему половцев, по сравнению с более ранними вторжениями, носят ограниченный характер и достаточно незначительны по последствиям10.
Вероятно, разгром левобережных веж половцев значительно ослабил союз племен, возглавляемый Боняком. Он не в состоянии, по все видимости, организовать значительное вторжение на Русь. Потому он активно ищет союзников. И уже летом того же 1107 г. Боняк привлекает к вторжению на Русь князя Шаракана (Шарукана), который известен по одному из первых набегов половцев на Русь – в 1068 г., когда он попал в плен к Святославу Ярославичу. С этого времени Шаракан (Шарукан), при описании событий 1107 г. получивший в летописи прозвище Старый, не был замечен в столкновениях с русскими княжествами. Однако теперь Боняк и Шарукан разоряют земли в Посулье и у Лубны. Коалиция русских князей Владимира Всеволодовича Переяславского (Мономах), Олега Святославича Черниговского (Гориславич), Святослава Владимировича, Мстислава Всеволодовича (Игорев внук?), Вячеслава Владимировича, Ярополка Владимировича разбивает половцев. В сражении гибнет брат Боняка Таз. Князь Сугра и его брат попали в плен. Русские войска преследовали половцев до Хорола. Шарукан спасается бегством («едва утече»), а о судьбе Боняка ничего не сказано11.
Тем не менее набег показал русским князьям опасность коалиций половецких орд, и зимой 1107 – 1108 гг. «иде Володимеръ, и Давыдъ, и Олегъ къ Аепе, и ко другому Аепе, и створиша миръ», причем гарантией мирных договоренностей стали браки, заключенные 12 января 1108 г., Юрия Владимировича (Долгорукого) с дочерью Аепы – сына Асеня, и Глеба (?) Олеговича с дочерью Аепы – сына Гиргеня12.
Вероятно, этот мирный договор на какое-то время обезопасил границы Руси и развязал руки Владимиру Всеволодовичу Мономаху. Во всяком случае, только зимой 1109 г., как фиксирует летопись, воевода Владимира Мономаха Дмитр Иворович разоряет 1000 половецких веж по берегам Северского Донца, который в летописи назван Доном. Этот рейд должен был обезвредить базы половцев и приостановить их набеги весной 1110 г. Кроме того, его можно расценивать, по словам С.А. Плетневой13, как своеобразную разведку боем в условиях нависшей от Придонских половцев опасности.
Тогда же, в 1110 г., войска Святополка Изяславича Киевского, Владимира Переяславского (Мономах), Давыда Игоревича Владимиро-Волынского выдвигались к р. Воине, но вернулись назад, не вступая в столкновения с половцами. Надо полагать, что данный поход сыграл роль своеобразных маневров.
Примечательно, что к р. Воине после отступления русских войск подходил и половецкий отряд, который также не двинулся дальше, а повернул в степь. Правда, позже другой половецкий отряд прорвался к Переяславлю и разорил округу города 14.
В марте 1111 г. коалиция русских князей: Святополк Изяславич Киевский, Ярослав Святополчич, Всеволод Ольгович15, Владимир Мономах, Святослав Владимирович, Ярополк Владимирович, Мстислав Всеволодович (Игорев внук?), Давид Святославич с сыномъ Ростиславом, Давид Игоревич – нанесла значительный удар по базам половцев в Подонье. Пройдя по длинному маршруту Переяславль – Сула – Хорол – Псел – Голтва – Ворскла – Северский Донец – Осенев – Шарукан – Сугров – Дегея – Сальница, русские войска в двух сражениях на р. Дегее (24 марта) и на р. Сальнице (27 марта) нанесли половцам значительное поражение.
В результате похода коалиции русских дружин удалось разорить центры половецких кочевий: «городки» Осенев, Шарукан, Сугров – и разгромить войска придонских половцев. Тем самым была снята угроза половецких вторжений из района Подонья. Кроме того, были освобождены русские полонянники и взяты богатые трофеи16. В Галицко-Волынской летописи сохранилось упоминание о том, что именно после данного похода один из сыновей Шарукана Отрок (Атрак) откочевал на Северный Кавказ 17.
Смерть Святополка Изяславича 16 апреля 1113 г. вызвала очередную активизацию половцев. Отряды князей Боняка и Аепы выдвинулись к р. Выре 18. Вокняжившийся в Киеве Владимир Всеволодович Мономах собрал войска из дружин своих сыновей и племянников, а также Олега Святославича Черниговского и направил их навстречу половцам. Боняк и Аепа предпочли отступить19. Показательно, что один из половецких князей, Аепа, находился в родственных отношениях либо с Владимиром Мономахом, либо с Олегом Святославичем. Летописец не поясняет, какой из Аеп выступил союзником Боняка в 1113 г. Однако, как было отмечено выше, в 1108 г. Владимир Мономах женил своего сына Юрия на дочери Аепы – сына Осеня (Асеня), а Олег Черниговский женил сына Глеба на дочери Аепы – сына Гиргеня20. Потому, вероятно, на решение Боняка отступить от русских границ повлияли родственные связи его союзника Аепы – либо с Владимиром Мономахом, либо с Олегом Черниговским.
До 1116 г. никаких свидетельств о русско-половецких контактах летописи не сохранили. Под данным годом упомянут поход сына Владимира Мономаха Ярополока в глубь половецких владений. Предположительно русские войска прошли по тому же маршруту что и в 1111 г.: Переяславль – Сула – Хорол – Псел – Голтва – Ворскла – Северский Донец – Шарукан – Сугров – Балин. Только к разоренным половецким центрам добавлен г. Балин. Кроме того, Ярополк привел пленницу – ясыню (аску/аланку), на которой женился21.
Ярополк Владимирович повторил рейд, вероятнее всего, по тому же маршруту и в 1120 г. Однако, не обнаружив половцев (вероятно, при приближении русских войск они откочевали), вернулся назад22.
Надо полагать, что указанные походы носили своеобразный «профилактический» характер. Их задача была уничтожить базы для возможных половецких набегов. Показательно, что князь Ярополк совершает походы с регулярностью в четыре-пять лет (правда, для четкого определения регулярности двух походов недостаточно). Вероятно, это было связано с целенаправленной политикой Владимира Мономаха, задачей которой было не отражать набеги, а упреждать их. Возможно, именно с походами Ярополка Владимировича связано откочевывание значительной части подонских половцев во главе с Отроком (Атраком) на Северный Кавказ23.
Весьма показателен и другой факт. Как только в половецкой степи узнают о смерти Владимира Всеволодовича Мономаха (19 мая 1125 г.), сразу же половецкая конница тревожит русские границы, проверяя их на прочность. Однако и теперь переяславская дружина во главе с князем Ярополком Владимировичем дает отпор половцам: разоряет сельскую округу в Посулье и громит половецкий отряд, часть половцев тонет при отступлении24.
Смерть Владимира Мономаха вызвала и борьбу за великокняжеский престол, который занял старший сын Мономаха Мстислав. Черниговские Ольговичи пытались оспаривать права Мономаховичей. Половцы в данный период (вторая половина 1120–1140 гг.) не выступают самостоятельной силой. Они оказываются постоянными сторонниками Черниговских Ольговичей.
Летом 1127 г. Всеволод Ольгович Черниговский организует коалицию против Мстислава Владимировича Киевского и Ярополка Владимировича Переяславского. К ней были призваны присоединиться половецкие отряды (около 7000 всадников) во главе с князьями Селуком (Осолук?) и Ташем.
Однако благодаря грамотным действиям дружины Ярополка Владимировича, который и в условиях организации обороны оказался талантливым полководцем, половцам и Всеволоду Ольговичу не удалось скоординировать действия и объединиться. Дойдя только до Выри, половцы вынуждены были отступить в степь25.
В 1135 г., уже будучи великим киевским князем, Ярополк Владимирович не смог организовать отпор половецким отрядам, которые в конце ноября – начале декабря вновь выступили союзниками Всеволода Ольговича Черниговского и разорили Переяславское княжество и земли вокруг Киева26.
Свой успех половцы вновь в союзе с черниговскими Ольговичами повторили зимой (декабрь – январь) 1136–1137 гг. Половцы 29 декабря 1136 г. штурмом взяли Треполь. Ими также были разорены земли около Треполя, Халепа, Красного, Василева, Белгорода, Киева, после чего они отступили в степь27.
К борьбе между Мономашичами и Ольговичами за влияние в русских землях относится и самый северный поход половцев, зафиксированный в русских летописях. Летом 1137 г. братья Ольговичи – Святослав Новгородский и Глеб Курский (женатый на дочери половецкого князя Аепы) с половецким отрядом выдвинулись к Пскову с целью сместить княжившего там Всеволода Мстиславича. Однако псковичи устроили засеки, и войскам Ольговичей и половцев не удалось прорваться к Пскову28.
Летом следующего 1138 г. половецкий отряд вновь участвует на стороне Всеволода Ольговича в походе на Андрея Владимировича Переяславского (женатого на внучке Тугорканя). Однако брат последнего, Ярополк Владимирович Киевский, собирает значительные силы, состоящие из суздальской, ростовской, полоцкой, смоленской, туровской рати, берендеев (по данным летописей – 30 000), и вынуждает Всеволода заключить мир, который завершает на время борьбу Мономашичей и Ольговичей за киевский стол29.
Однако после смерти Ярополка Владимировича 18 февраля 1139 г. политическая ситуация резко изменилась. Занявший киевский престол Вячеслав Владимирович был изгнан из столицы Всеволодом Ольговичем, который затем начал войну с Андреем Владимировичем Переяславским. Половцы вновь выступают союзниками князя Всеволода30. Однако князю Андрею удалось отстоять свой суверенитет. И уже осенью 1139 г. в Малютине с половцами был заключен трехсторонний мирный договор (между киевским князем Всеволодом Ольговичем (ум. 1 августа 1146 г.), переяславским князем Андреем Владимировичем (ум. 22 января 1141 г.) и половецкой делегацией), который, вероятно, устанавливал новые нормы взаимоотношений31.
Надо полагать, что условия данного договора не касались других княжеств. Кроме того, срок действия некоторых положений в отношении Переяславского княжества мог прекратиться в связи со смертью князя Андрея Владимировича 22 января 1141 г.
Так или иначе, половецкие войска выступают союзниками уже киевского князя Всеволода Ольговича в походах 1144 и 1146 гг. на Галицкую землю. И в том и в другом случае коалиционные войска смогли дойти до Звенигорода. Однако взять город не удалось, а князь Владимир Володаревич Галицкий сумел отстоять свой суверенитет32.
После похода 1146 г. князь Всеволод Ольгович скончался, и 1 августа того же года князем был провозглашен его брат Игорь Ольгович. Однако Изяслав Мстиславич, нарушив данную ранее присягу, сместил Игоря и заключил его в поруб. Вокняжившись в Киеве 17 августа 1146 г. он оказался перед необходимостью заключения договора с половцами, которые «слышавше… створившееся надъ Игорем прислаша слы ко Изяславу мира просяще» 33. Тем не менее половецкие князья Тюнрак и Камос Осулуковичи во главе с 300 всадниками выступают зимой 1146–1147 гг. союзниками Новгород-Северского князя Святослава Ольговича[[ПСРЛ. Т. II. Стб. 329–335, 338–339.]]. Этот факт свидетельствует о том, что только с частью половцев князю Изяславу Мстиславичу удалось договориться о мире. Другие половецкие отряды вели самостоятельную политику и могли поддерживать противников киевского князя.
Уже летом 1147 г. половцы (предположительно Тюнрак и Камос) вновь выступают на стороне Святослава Ольговича. К коалиции присоединяется князь Глеб Юрьевич Каневский (внук Аепы). В результате похода были разорены земли у Мезенска, Выри, Бьяханя, Брягина; штурмом взят Папаш34.
А после 27 июля 1147 г. Изяслав Мстиславич выдвигается к Воину, чтобы там заключить мир с половцами35. Расположение Воина в левобережье Днепра позволяет предполагать, что Изяслав заключает договор именно с «уями» (дядьями по материнской линии) Святослава Ольговича Новгород-Северского, выступающими постоянно на его стороне. Показательно, что следующее участие половцев в усобице зафиксировано в том же 1147 г. Однако русско-половецкие отряды разоряют юго-восток Смоленского княжества. Сами же половцы названы «токсобичами»36. Вероятно, летописец отделяет их от прежних союзников Святослава Ольговича, которых он обозначает «уями» Святослава.
С 1149 г. активно использует половецкую помощь вмешавшийся в усобицу в Южной Руси владимирский князь Юрий Владимирович Долгорукий. Эта активность вполне объяснима, так как первым браком князь Юрий был женат на дочери Аепы. В июле – августе 1149 г. он захватывает Переяславль и Киев37. Летом 1150 г. половцы, будучи союзниками князя Юрия Владимировича, разоряют Переяславское княжество38. Следующим летом большая коалиция князей во главе с Юрием Долгоруким штурмует Киев. Союзниками выступают и половцы. Однако в этот раз Изяславу Мстиславичу удалось отстоять столицу. Во время штурма погиб половецкий князь Севенч Бонякович (сын знаменитого Боняка) 39.
Летом 1152 г. «Отперлюеве, и Токсобици, и вся Половецьская земля, что же их межи Волгою и Днепромъ» вновь выступили союзниками Юрия Долгорукого. Коалиция смогла сжечь Семынь, а затем половцы заняли острог Чернигова. При подходе войск Вячеслава Владимировича половцы начали отступление в степь. Князь Мстислав Изяславич нагнал половцев в степи, разорил их вежи, отбил их добычу и освободил полон40. А осенью того же 1152 г. Мстислав Изяславич разгромил половецкие отряды на Угле (Орели) и Самаре, разорил их вежи, взял богатые трофеи. Вновь фиксируется освобождение русского полона41.
Летом 1153 г. половцы разорили Посулье. Направленные Изяславом Мстиславичем для отражения набега половцев в Посулье войска, возглавляемые его сыном Мстиславом, вернулись от Псла «не дошедъ ихъ (половцев)»42.
И летом следующего года (1154) половцы в союзе с Юрием Долгоруким вторглись на территорию Руси и подошли к Козельску. Однако в войсках Юрия Долгорукого начался мор, а половцев пришло на помощь малое количество. В результате было принято решение отложить военные действия43.
Более удачно развернулись военные действия в 1155 г. Русские дружины возглавлял сын Юрия Долгорукого Глеб (внук Аепы) и князь Изяслав Давыдович Черниговский. В результате компании было разорено Переяславское княжество. В битве у Воловеса были разгромлены войска Мстислава Изяславича; князь Святослав Всеволодович Бужский попал в плен к половцам (позже отпущен за выкуп) 44.
А осенью того же года уже Василько Юрьевич (сын Юрия Долгорукого) с отрядом берендеев удачно отражает нападение половцев на Поросье45. Осенью 1155 г. половецкий отряд подходит к Каневу и пытается начать переговоры о выкупе попавших ранее в плен соратников. Однако берендеи отказываются выдавать пленных, и над Поросьем нависает угроза нового вторжения. Лишь приближение войск самого Юрия Владимировича Долгорукого заставляет отступить половцев в степь[[ПСРЛ. Т. I. Стб. 345–346; ПСРЛ. Т. II. Стб. 479–481.]]. Данные эпизоды четко показывают, что князя Юрия Долгорукого поддерживают половцы, кочующие к левобережью от Днепра и в Подонье, тогда как правобережные половцы готовы вести с ним военные действия.
И уже летом 1156 г. мы видим, как Юрий Долгорукий вновь призывает половцев для решения своих политических задач в Южной Руси. Половцы, пройдя через Заруб, разоряют территорию у Березома46.
Однако скоропостижная смерть 15 мая 1157 г. в Киеве князя Юрия Владимировича Долгорукого вызвала очередной виток междоусобиц, в которых вновь активно участвуют половецкие отряды.
