Статьи

Задача философии нашего времени, — понять все великие уроки ближайшего времени, понять Толстого и Ницше и многих других выразителей современного неустойчивого и колеблющегося нравственного сознания человечества и, усвоив истинное и доброе в их учениях, переработать все это в новое, цельное миросозерцание, теоретическое и практическое. Мы живем уже целое столетие традициями Кантовской философии, механически примиренным противоречием его теоретического и практического разума. Фр. Ницше — бессознательный протест критики теоретического разума против критики практического, Толстой — не менее бессознательный протест критики практического разума против критики (чистого) теоретического.

На воле все друг друга обманывают. — Ну, товарищ, все хорошо, — говорю, — а вот что не хорошо: по-моему, вы сказали, что обвешивать необходимо и продавца, и покупателя, а я думаю, что это грешно немного будет. Они оба удивились, улыбаясь, и смотрят на меня. — Вот что разбирает! Да ты недавно на воле и не знаешь ничего. Да зайди в любой магазин, спроси, например, 1 фунт чаю в 2 рубля. — тебе подадут в 1 рубль 50 копеек. Спроси аршин сукна в 3 рубля — подадут в 2 рубля, ситцу спроси прочного, а подадут гнилого. В церкви и то обманут: подай свечку за 3 копейки, — проси сторожа, и он подаст, которая стоит 2 копейки. На воле все так живут и все друг друга обманывают. Убедившись вполне, что на воле живут и друг друга обманывают, — вынимаю кошелек и отсчитываю ему тридцать рублей, все серебряными, — нанять лавку, купить весы и все принадлежности, а давая эти деньги, я обещался к нему переехать на другой день в дом жить.

Сие есть старинное российское место в сей стране... «В самой средине Кашпура находится голый, из белого мергеля и худого мелу состоящий и сахарной голове подобный курган, который очень далеко виден с Волги. Ходящим на судах он известен под именем Мелового шелома, а тамошние жители называют Хомутская прасна, по славном у них мужике, имевшем свое жилище на сем кургане. Около вышеупомянутой горы в южную сторону на полверсты лежат старинные в чернозем превратившиеся навозные кучи, которые по при месе меловых частей сделались превосходною селитряною землею. Все оные кучи покрыты чистою селитрою столь толсто, что можно сверху брать пригоршнями. Кроме того, все высокое место около Кашпура столь селитряно, что скотина почти везде лижет землю».

К 80 летию Победы Руниверс публикует на Rutube 20 серий документальной киноэпопеи "ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ" (Неизвестная война). Фильм № 2. Битва за Москву.

Новое произведение нашего высокоталантливого ваятеля запечатлено особенною мощью творчества — как в замысле, так и в исполнении. Славный малороссийский гетман, верхом на степном коне, грозно потрясая булавою, вскакал на вершину скалы; под ногами коня поверженная фигура — по-видимому иезуита; ниже на обрыве лепится сраженный шляхтич, в ужасе прикрывая голову от копыт промчавшегося коня; еще ниже, жид арендатор в страшных корчах испускает дух. Грозен и радостен «казацкий батько», свободною рукой он кажет вдаль (по проекту постановки памятника — на север) на Москву, как бы предвещая то важное событие, которое имеет совершиться в белокаменной собирательнице городов русских… Ныне Россия воздвигает памятник виновнику этого великого события, одному из славных страдальцев за Землю Русскую, на том месте, где Богдан произнес многознаменательные слова: «мы с православием Великой Руси едино тело церкви, имеющее главою Иисуса Христа».

В ночь на 19 июня 1574 года, не уведомив сенат, в обстановке строжайшей секретности Генрих Валуа покинул королевский замок Вавель и поспешно направился в сторону границы. Короля сопровождали его постельничий Ян ду Хальде, дворянин Жиль де Сувр, врач Марек Мирон и капитан королевской гвардии Николя де Ларшан. Отъезд короля, однако, не остался незамеченным. Немедленно за ним снарядили погоню, которую возглавил каштелян войницкий Ян Тенчинский. Когда кортеж короля приблизился к границе, его заметил освенцимский староста. Старик скинул с себя одежду, бросился в реку и поплыл к королю с криком: «Светлейший господин мой, почему ты убегаешь?». Тут же Генриха настигла и погоня. Король объяснил Тенчинскому, насколько важно сейчас его присутствие во Франции, обещал вернуться через несколько месяцев и заверил, что у него достанет сил носить сразу две короны, и сверх всего подарил ему бриллиант. Тенчинский был растроган до слёз, выпил по польскому обычаю каплю собственной крови в знак уважения к королю, и вернулся в Краков.

Польза издания справочных указателей к многотомным периодическим изданиям очевидна. С течением времени, стала обнаруживаться потребность в издании общего указателя «Морского Сборника»; с приближением же двадцатипятилетия существования журнала потребность эта получила более основательности и, так сказать, законности. В этих видах, председатель Ученого Отделения Морского Технического Комитета, вице-адмирал С. И. Зеленой, в марте 1871 г. возбудил вопрос о необходимости издания подробного справочного указателя к «М. Сб.» за 1848—1872 г. Опись статей, заключающихся в «М, Сб.» и распределение указаний, простирающихся с дубликатами до 18-20 тысяч нумеров, по соответствующим рубрикам программы были окончены к марту 1873 г. Представляемый «Указатель» состоит из 16 систематических отделов, отдела карт, чертежей, рисунков и портретов и азбучного указателя. Каждый из систематических отделов обнимает всесторонне ту морскую специальность или тот особый морской интерес, которому он посвящен, а именно заключает в себе указания на сведения, относящиеся не только к самой специальности, но также к ее истории, законодательству, критике и библиографии Читать дальше...

Наше Училище существует 57 лет. Из всех дореволюционных частей Российской Армии оно одно не прерывало ни на один день своего служения Родине. Улицы родного для Училища Киева, равнины и горы Кубани, перешейки Крыма и снова равнины Кубани обильно политы кровью Константиновцев. Не раз Училище стояло на перепутье великих искушений, но... устояло, и принесло на берега Дарданелл чистыми свои национальные идеалы и свои, верные России, русские штыки. В октябре 1917 г., в Киеве, в дни первой борьбы с большевизмом, победа склонилась на сторону белых, но не великодержавной России, а украинцев Петлюры... И 1-ое Киевское Великого Князя Константина Константиновича Военное Училище ушло туда, где горел еще огонь Русской Государственности...

Подарил Челибею «рыдван с конями и коврами да двух девок русских», но татары за него не вступились. «Ведомо Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, что Ивашка Брюховецкий с единомышлениками своими , с полковниками и сотниками , забыв Господа Бога и свое обещание пред Святым Евангелием, Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, изменили и разослали от себя во все малороссийские города к жителям всякого чина воровские прелестные листы. И призвав он, изменник Ивашка Брюховецкий, из Заднепровских городов и из Запорогов изменников же черкас, чтоб Малороссийские города со стороны Днепра и в них всякого чину жителей взбунтовать и кровь христианскую проливать неповинно. И те изменники заднепровские и Запорожские Козаки, перешед на здешнюю сторону Днепра, в городах жителей всякого чина взбунтовали и на всякое злое дело их привели…» Милостивое слово Царя Русского к жителям города Салтова.1668 г.

Кроме пространства времени, в чем, может быть, могли бы сравняться с притигринским городом, или даже превосходить его, древнеегипетския столицы, Мемфис и Фивы, древний Шумир и нынешний Самара замечателен в том отношении, что составляет пока единственный, нам известный город, построенный доисторическим, если можно так выразиться, народом. Впоследствии мы сообщим свои предположения о том, что остатки этого первобытного народа, вытесненные из своей родины семитскими пришлецами, живут еще поныне в южной Аравии и образуют там настоящую касту париев. Возвращаясь к городу Самаре, заметим еще, что, сколько нам известно, никто из путешественников, не подозревая его глубокой древности, не исследовал специально ни самого города, ни окрестных его развалин, ибо внимание их обращено было на всеобще известные развалины Вавилона и Ниневии. Только Англичанин Рич (Rich) мимоходом нашел в развалинах означенного города остатки памятников ассиро-вавилонской эпохи. Любопытно было бы также знать, откуда взято имя нашего города Самара, и не занесено ли оно с востока?

Они были проникнуты одним сознанием, что «без государя Московскому государству стояти и ни на малое время быть не мочно». Они не были партийными сторонниками какого-либо определенного рода или лица. «А нам бы де хто ни будь на царстве сидел», — так простодушно формулировано было это беспристрастие в осажденном Смоленске. Но это отнюдь не означало полного безразличия к представителю власти. Нужен был царь, какими были исконные московские государи, а не первый ловкий претендент… Хотя де «казаки буйствовали в освобожденной ими Москве, делали, что хотели, не стесняясь временным правительством Трубецкого, Пожарского и Минина, но в деле царского избрания они заявили себя патриотами, решительно восстали против царя из чужеземцев, намечали, примеривали настоящих русских кандидатов, ребенка, сына вора тушинского, и Михаила Романова, отец которого был ставленник обоих самозванцев

«Во всем ли они исправны, и нет ли на них подозрениев?» Слушав поданых челобитен разных провинций и городов обывателей, которые бьют челом, чтобы обретающимся в тех провинциях и городах ныне Воеводами, быть еще по два года, объявляя, что они тем обывателям никаких обид и разорений не чинят и дела отправляют порядочно, справиться, … во всем ли они исправны и нет ли на них подозрениев.

«Не хотим вашего ни братства, ни свободы, ни вольности!» Муханов Павел Александрович. Подлинные свидетельства о взаимных отношениях России и Польши, преимущественно во время Самозванцев. М., 1834 «…Если будете называть Владислава Царем, то переговоры немедленно прекратятся. Каково бы ни было избрание его на престол, но мы о сем давно забыли. Не хотим вашего ни братства, ни свободы, ни вольности; — правление, под коим столько веков живем, должно быть caмое лучшее; ибо Государство под ним возросло до такой высокой степени» Слова Боярина Феодора Михайловича Шереметьева, произнесенные 2 ноября (12 ноября н.ст.) 1618 года у Тверских ворот Москвы перед командующими войском польского королевича Владислава, который вторгся в Россию, надеясь вернуть себе обещанный в Смутное время русский престол.

Беляев, Иван Степанович. Следственное дело об убиении Димитрия царевича в Угличе, 15 мая 1591 г.: Его разбор в связи с новооткрытым завещанием А. А. Нагого и группировкой свидетелей по алф. указ. - М.:, 1907. - 30 с. «Лиц, оставивших свои имена в следственном деле, насчитываем 152 человека, не прибавляя тех, которые встречались без собственных имен. Если из общего числа исключим следователей, самого царевича Дмитрия, царя Федора Иоанновича, убитых и других людей, о которых говорится вскользь…, то число лиц, давших показания о смерти Дмитрия будет равно 94. Из этих 94 только один стряпчий Семейка Юдин говорит, что сам видел, как накололся царевич»

В знак моего царского расположения да будет тебе известно, что явился перед моим величеством твой придворный и купец Мустафа, который передал мне твое письмо. Из него я узнал, что ты дал ему золота и одежд из твоей сокровищницы и что ты просишь меня, чтобы я дал ему позволение брать в моем богохранимом царстве все то, что ему нужно. Посему, во внимание к давней дружбе, которая установилась между твоим отцом и моим и ради взаимной нашей дружбы, я отдал приказание, чтобы названному Мустафе даваемо было за его деньги все, что ему нужно и чтобы никто против справедливости Божией не делал огорчения ни ему, ни его людям. И еще названный Мустафа принес и передал имущество некоторых наших подданных, которые умерли в твоей земле. Подобным же образом мы возвратили имущество твоих мусульман, которые умерли в нашем царстве, все по записи передано самому Мустафе. Мы обращаемся хорошо с твоими мусульманами, и так надеемся, что будешь милостив к нашим, в знак взаимной дружбы.